Продолжение подборки цитат и афоризмов на тему «», страница 2. Здесь собраны высказывания писателей, поэтов, философов и режиссёров для статусов, сочинений и вдохновения.
Цитата из подборки1 / 20
— Ты сказал, что другие, не хуже нас, — переезжают. Другие — не хуже, вот до чего уже договорился! Теперь я буду знать, что я для тебя всё равно, что другой! Ты подумал, ядовитый ты человек , что такое — «другой»? Сказать ли тебе — что это такое? Знаешь ли ты, что такое — «другой», а? Другой, так действительно, возьмёт, и переедет на новую квартиру. Вон, Лягаев, возьмёт линейку под мышку, две рубашки в носовой платок и пошёл... «Куда, ты, мол?» — «Переезжаю!». Вот это вот — «другой»! А я, по-твоему, «другой», а?
— Полно вам, батюшка, томить-то меня жалкими словами!
— Ну разве я — «другой»? Разве я мечусь, работаю? Мало ем, что ли? Худощав или жалок на вид? Ну разве мне чего-нибудь недостаёт? Да я за всю свою жизнь ни разу себе чулок на ноги не натянул! Пока живу, слава богу! Кому это я говорю? Ну не ты ли с детства ходил за мной? Ты же сам знаешь, видел, что я воспитан нежно, ни холода, ни голода никогда не терпел, нужды не знал, хлеба сам себе не зарабатывал, вообще чёрным делом не занимался. Ну как же это у тебя после всего этого достало духу равнять меня с другими?
Все цитаты
Ещё цитаты по теме
— Ты сказал, что другие, не хуже нас, — переезжают. Другие — не хуже, вот до чего уже договорился! Теперь я буду знать, что я для тебя всё равно, что другой! Ты подумал, ядовитый ты человек , что такое — «другой»? Сказать ли тебе — что это такое? Знаешь ли ты, что такое — «другой», а? Другой, так действительно, возьмёт, и переедет на новую квартиру. Вон, Лягаев, возьмёт линейку под мышку, две рубашки в носовой платок и пошёл... «Куда, ты, мол?» — «Переезжаю!». Вот это вот — «другой»! А я, по-твоему, «другой», а?
— Полно вам, батюшка, томить-то меня жалкими словами!
— Ну разве я — «другой»? Разве я мечусь, работаю? Мало ем, что ли? Худощав или жалок на вид? Ну разве мне чего-нибудь недостаёт? Да я за всю свою жизнь ни разу себе чулок на ноги не натянул! Пока живу, слава богу! Кому это я говорю? Ну не ты ли с детства ходил за мной? Ты же сам знаешь, видел, что я воспитан нежно, ни холода, ни голода никогда не терпел, нужды не знал, хлеба сам себе не зарабатывал, вообще чёрным делом не занимался. Ну как же это у тебя после всего этого достало духу равнять меня с другими?
♥ 0Просмотры: 0
У меня счастье пересиливает боязнь.
♥ 0Просмотры: 1
Он не какой-нибудь мелкий исполнитель чужой, готовой мысли ; он сам творец и сам исполнитель своих идей.
Он как встанет утром с постели, после чая ляжет тотчас на диван, подопрет голову рукой и обдумывает, не щадя сил, до тех пор, пока, наконец, голова утомится от тяжелой работы и когда совесть скажет: довольно сделано сегодня для общего блага.
Тогда только решается он отдохнуть от трудов и переменить заботливую позу на другую, менее деловую и строгую, более удобную для мечтаний и неги.
♥ 0Просмотры: 0
Самолюбие — почти единственный двигатель, который управляет волей.
♥ 0Просмотры: 0
Странен человек ! Чем счастье её было полнее, тем она становилась задумчивее и даже... боязливее.
♥ 0Просмотры: 0
Он в самом деле смотрел на неё как будто не глазами, а мыслью, всей своей волей, как магнетизёр, но смотрел невольно, не имея силы не смотреть.
♥ 0Просмотры: 0
Твоя грусть , томление, скорее – это признак силы , поиски живого, раздраженного ума порываются иногда за житейские грани, не находят, конечно, ответов, и является грусть ... временное недовольство жизнью... Это грусть души, вопрошающей жизнь о ее тайне...
♥ 0Просмотры: 0
Ни одна мелочь, ни одна черта не ускользает от пытливого внимания ребенка; неизгладимо врезывается в душу картина домашнего быта; напитывается мягкий ум живыми примерами и бессознательно чертит программу своей жизни по жизни , его окружающей.
♥ 0Просмотры: 0
Андрей часто, отрываясь от дел или из светской толпы, с вечера, с бала ехал посидеть на широком диване Обломова и в ленивой беседе отвести и успокоить встревоженную или усталую душу и всегда испытывал то успокоительное чувство, какое испытывает человек , приходя из великолепных зал под собственный скромный кров или возвратясь от красот южной природы в березовую рощу, где гулял еще ребенком.
♥ 0Просмотры: 0
Он никогда не отдавался в плен красавицам, никогда не был их рабом. Обломов ограничивался поклонением издали, на почтительном расстоянии.
♥ 0Просмотры: 0
Какая истина , и как она проста!
♥ 0Просмотры: 0
Как такой человек мог быть близок Обломову, в котором каждая черта, каждый шаг , все существование было вопиющим протестом против жизни Штольца? Это, кажется, уже решенный вопрос, что противоположные крайности если не служат поводом к симпатии, как думали прежде, то никак не препятствуют ей.
♥ 0Просмотры: 0
У сердца, когда оно любит, есть свой ум... оно знает, чего хочет, и знает наперёд, что будет.
♥ 0Просмотры: 0
— А вы разве заметили у меня что-нибудь на лице? — спросил он.
— Слёзы, хотя вы и скрывали их; это дурная черта у мужчин — стыдиться своего сердца. Это тоже самолюбие , только фальшивое. Лучше бы они постыдились иногда своего ума: он чаще ошибается.
♥ 0Просмотры: 0
А он еще все на той же точке невозможности двинуться вперед.
♥ 0Просмотры: 0
— <...> я думала, что сердце не ошибается.
— Нет , ошибается: и как иногда гибельно!
♥ 0Просмотры: 1
Ну, пусть эти «некоторые» и переезжают. А я терпеть не могу никаких перемен!
♥ 0Просмотры: 0
— Заниматься! Заниматься можно, когда есть цель . Какая у меня цель ? Нет ее.
— Цель — жить .
♥ 0Просмотры: 2
Нужно ли прибавлять, что сам он шел к своей цели, отважно шагая через все преграды , и разве только тогда отказывался от задачи, когда на пути его возникала стена или отверзалась непроходимая бездна .
Но он не способен был вооружиться той отвагой, которая, закрыв глаза , скакнет через бездну или бросится на стену на авось. Он измерит бездну или стену, и если нет верного средства одолеть, он отойдет, что бы там про него ни говорили.
♥ 0Просмотры: 0
Ведь есть же этакие ослы, что женятся!
♥ 0Просмотры: 0
Похожие цитаты
Ещё по этой теме
Так же тонко и осторожно, как за воображением, следил он за сердцем. Здесь, часто оступаясь, он должен был сознаваться, что сфера сердечных отравлений была еще terra incognita.
Под этой всеобъемлемостью кроется пустота , отсутствие симпатии ко всему! А избрать скромную, трудовую тропинку и идти по ней, прорывать глубокую колею — это скучно, незаметно; там всезнание не поможет и пыль в глаза пустить некому.
Может быть, от этого сознания бесполезной силы в себе Тарантьев был груб в обращении, недоброжелателен, постоянно сердит и бранчив.
Странно подействовало ученье на Илью Ильича: у него между наукой и жизнью лежала целая бездна , которой он не пытался перейти. Жизнь у него была сама по себе, а наука сама по себе.
Он учился всем существующим и давно не существующим правам, прошел курс и практического судопроизводства, а когда, по случаю какой-то покражи в доме, понадобилось написать бумагу в полицию, он взял лист бумаги, перо, думал, думал, да и послал за писарем.
Письмо вышло длинно, как все любовные письма: любовники страх как болтливы.
— Хочешь, я скажу тебе, отчего он тебе дорог, за что ты еще любишь его?
Она кивнула, в знак согласия, головой.
— За то, что в нем дороже всякого ума: честное, верное сердце ! Это его природное золото ; он невредимо пронес его сквозь жизнь . Он падал от толчков, охлаждался, заснул, наконец, убитый, разочарованный, потеряв силу жить , но не потерял честности и верности. Ни одной фальшивой ноты не издало его сердце , не пристало к нему грязи. Не обольстит его никакая нарядная ложь, и ничто не совлечет на фальшивый путь ; пусть волнуется около него целый океан дряни, зла, пусть весь мир отравится ядом и пойдет навыворот — никогда Обломов не поклонится идолу лжи, в душе его всегда будет чисто, светло, честно… Это хрустальная, прозрачная душа ; таких людей мало; они редки; это перлы в толпе! Его сердца не подкупишь ничем; на него всюду и везде можно положиться. Вот чему ты осталась верна и почему забота о нем никогда не будет тяжела мне. Многих людей я знал с высокими качествами, но никогда не встречал сердца чище, светлее и проще; многих любил я, но никого так прочно и горячо, как Обломова. Узнав раз, его разлюбить нельзя.