Продолжение подборки цитат и афоризмов на тему «», страница 22. Здесь собраны высказывания писателей, поэтов, философов и режиссёров для статусов, сочинений и вдохновения.
Цитата из подборки1 / 20
Прощай, Эдисон, повредивший ночь .
Прощай, Фарадей, Архимед и проч.
Я тьму вытесняю посредством свеч,
как море — трехмачтовик, давший течь.
Все цитаты
Ещё цитаты по теме
Прощай, Эдисон, повредивший ночь .
Прощай, Фарадей, Архимед и проч.
Я тьму вытесняю посредством свеч,
как море — трехмачтовик, давший течь.
♥ 0Просмотры: 0
Ведь стоит этому миру узреть... то что мы создали здесь, в Новом Эдеме... Любовь . И они придут, чтобы забрать плоды трудов наших.
♥ 0Просмотры: 0
Пора. Я готов начать.
Неважно, с чего. Открыть
рот . Я могу молчать.
Но лучше мне говорить.
О чем? О днях. о ночах.
Или же — ничего.
Или же о вещах.
О вещах, а не о
людях. Они умрут.
Все. Я тоже умру.
Это бесплодный труд .
Как писать на ветру.
♥ 0Просмотры: 0
Рабство всегда порождает рабство .
Даже с помощью революций.
Капиталист развел коммунистов.
Коммунисты превратились в министров.
Последние плодят морфинистов.
♥ 0Просмотры: 0
Старение ! Возраст успеха. Знания
правды. Изнанки её. Изгнания.
Боли. Ни против неё, ни за неё
я ничего не имею. Коли ж
переборщат — возоплю: нелепица
сдерживать чувства . Покамест — терпится.
Ежели что-то во мне и теплится,
это не разум , а кровь всего лишь.
♥ 0Просмотры: 0
Но, переменным воздухом дыша,
бесславной маяты не превышая,
служи своё, опальная душа ,
короткие дела не совершая.
♥ 0Просмотры: 0
Закат ласкает табуретку, печь,
зажавшие окурок пальцы.
И синий дым нанизывает кольца
на яркий безымянный луч.
♥ 0Просмотры: 0
Впрочем, дело, должно быть, в трусости.
В страхе. В технической акта трудности .
Это — влиянье грядущей трупности:
всякий распад начинается с воли,
минимум коей — основа статистики.
♥ 0Просмотры: 0
... Мир останется прежним.
Да. Останется прежним,
ослепительно снежным
и сомнительно нежным.
Мир останется лживым.
Мир останется вечным,
может быть, постижимым,
но все-таки бесконечным.
И, значит, не будет толка
от веры в себя да в Бога.
И, значит, остались только
Иллюзия и дорога .
И быть над землёй закатам.
И быть над землёй рассветам...
Удобрить её солдатам.
Одобрить её поэтам.
♥ 0Просмотры: 0
Куда ж идти? Вот ряд оконный,
фонарь, парадное, уют ,
любовь и смерть , слова знакомых,
и где-то здесь тебе приют.
♥ 0Просмотры: 0
Нет в России палача, который бы не боялся стать однажды жертвой, нет такой жертвы , пусть самой несчастной, которая не призналась бы (хотя бы себе) в моральной способности стать палачом.
♥ 0Просмотры: 0
Разбегаемся все. Только смерть нас одна собирает.
♥ 0Просмотры: 0
Нормальный человек не думает, что все имеет продолжение, он не ждет продолжения даже для себя или своих сочинений. Нормальный человек не помнит, что он ел на завтрак . Вещам рутинного, повторяющегося характера уготовано забвение .
♥ 0Просмотры: 0
Любовь , в общем, приходит со скоростью света; разрыв — со скорость звука. Падение скорости от большей к меньшей и увлажняет глаз. Поскольку ты сам конечен, отъезд из этого города всегда кажется окончательным; оставив его позади, оставляешь его навсегда. Ибо отъезд есть ссылка глаза в провинцию прочих чувств; в лучшем случае в расселины и расщелины мозга.
Ибо глаз отождествляет себя не с телом, а с объектом своего внимания. И для глаза , по соображениям чисто оптическим, отъезд обозначает не расставание тела с городом, а прощание города со зрачком.
Так и удаление того, кого любишь, особенно постепенное, вызывает грусть , независимо от того, кто именно и по каким причинам реально движется. Сложилось так, что Венеция есть возлюбленная глаза . После нее все разочаровывает. Слеза есть предвосхищение того, что ждет глаз в будущем.
♥ 0Просмотры: 1
Похоже, счастье есть миг, когда сталкиваешься с элементами твоего собственного состава в свободном состоянии.
♥ 0Просмотры: 0
Шум ливня воскрешает по углам
салют мимозы, гаснущей в пыли.
И вечер делит сутки пополам,
как ножницы восьмерку на нули -
а в талии сужает циферблат,
с гитарой его сходство озарив.
У задержавшей на гитаре взгляд
пучок волос напоминает гриф.
Ее ладонь разглаживает шаль.
Волос ее коснуться или плеч -
и зазвучит окрепшая печаль ;
другого ничего мне не извлечь.
Мы здесь одни. И, кроме наших глаз,
прикованных друг к другу в полутьме,
ничто уже не связывает нас
в зарешеченной наискось тюрьме.
♥ 0Просмотры: 0
Из-за угла несло нашатырем,
лаврентием и средствами от зуда.
И я был чужд себе и четырем
возможным направлениям отсюда.
♥ 0Просмотры: 0
Он начал пить, впоследствии — колоться
черт знает чем. Наверное, с тоски,
с отчаянья — но дьявол разберет.
Я в этом, к сожалению, не сведущ.
Есть и другая, кажется, шкала:
когда играешь, видишь наперед
на восемь тактов — ампулы ж, как
светочь
шестнадцать озаряли... Зеркала
дворцов культуры, где его состав
играл, вбирали хмуро и учтиво
черты, экземой траченые.
♥ 0Просмотры: 0
И мы уходим.
Теперь уже и вправду — навсегда.
Ведь если может человек вернуться
на место преступленья, то туда,
где был унижен, он придти не сможет.
♥ 0Просмотры: 0
Но придет еще время — расстанешься с горем и болью,
И наступят года без меня с ежедневной любовью.
♥ 0Просмотры: 0
Похожие цитаты
Ещё по этой теме
Я был попросту слеп.
Ты, возникая, прячась,
даровала мне зрячесть.
Так оставляют след .
Хорошее стихотворение — это своего рода фотография , на которой метафизические свойства сюжета даны резко в фокусе. Соответственно, хороший поэт — это тот, кому такие вещи даются почти как фотоаппарату, вполне бессознательно, едва ли не вопреки самому себе.
Зима – честное время года.
Я думаю, что главными ценностями, как я себе представляю, в моей жизни были ценности эстетического порядка, то есть узнавание того, что было создано культурой до меня. Это единственная постоянная вещь, которая вас не покидает. Это единственное, на что
можно рассчитывать. Это книги, это музыка , это до известной степени живопись, архитектура , хотя она как раз больше всех и страдает. Кому, что я оставлял позади? Практически все. Я оставлял людей, я оставлял страны, иногда по воле обстоятельств, иногда по своей
собственной воле. Всякий раз это было сопряжено, естественно, с психологическими травмами, но это та цена , которую платишь за движение , как я понял впоследствии. В тот момент, когда эту цену приходилось платить, тогда я этого не понимал. Жизнь есть процесс для меня более или менее линейный, и человек все время от чего-то уходит. Он уходит из дому, он уходит от семьи, он уходит от родителей, он уходит из гнезда, он уезжает из своего города, он уезжает из своей страны и т. д. На первом этапе, в первой половине своей жизни , человек , который движется таким образом, испытывает на себе тяготение, закон тяготения то есть, — его тянет назад и т. д., но чем дальше он отходит или отделяется от естественной для него среды, тем больше и больше, с какого-то момента, он начинает чувствовать, что на него начинают действовать иные законы тяготения. Тяготения вовне. То есть человек становится автономным телом, которое уже не вернуть никак, какую кнопку ни нажми, вернуться уже нельзя.
... Любовь , как акт, лишена глагола.
Есть колоссальное достоинство и мудрость в том, чтобы сидеть на одном месте и смотреть на мир, и тогда в тебе все отражается, как в капле воды. Но я не думаю, что это плодотворно. Что ты выигрываешь в этом случае, то это душевный, если хотите, духовный комфорт . Человек ведь на самом деле изрядный буржуа и, по существу, стремится к комфорту. А самый главный комфорт — это комфорт убеждения и нравственной позиции. Куда, на мой взгляд , интереснее, но и опаснее дискомфорт, когда тебе никто и ничто не помогает, когда тебе не на что опереться, и если все же вообразить, что ты дерево, то поддерживают тебя не корни, но вершина , которую треплет изрядно. Говорят, дискомфорт губителен, но я воспитался на том, что читал. И мне так повезло, совпало так, что читал я Марину Ивановну и одновременно Шестова. А Шестов ужасно любил цитировать Тертуллиана: «Верую, ибо это абсурдно». И вот когда вы дочитываетесь до такого... Блажен, кто верует, тепло ему на свете. Но блаженнее, кто верует, когда ему холодно на этой земле. Мир, который начинается не в центре, а мир, начинающийся с окраин, потому что окраины — это не конец мира, но начало его. Мне кажется, эта схема ближе нашему поколению.