Продолжение подборки цитат и афоризмов на тему «», страница 14. Здесь собраны высказывания писателей, поэтов, философов и режиссёров для статусов, сочинений и вдохновения.

Все цитаты

Ещё цитаты по теме

— Рыба ищет, где глубже, а человек — где хуже. Понял, Юрка? Здесь всё хорошо . Тревоги учебные, аварии понарошку. А вот кое-где — похуже. Гораздо хуже. Туда и надо идти, а не ждать, пока тебя поведут... Ты меня слушаешь, стажер? По инструкции ты меня должен слушать.
— Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий. Стажеры
♥ 0Просмотры: 0
Человек , пробывший в Пространстве в общей сложности больше двадцати лет, отвыкает от Земли и перестает считать Землю домом. Оставаясь землянином, он перестает быть человеком Земли.
— Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий. Возвращение
♥ 0Просмотры: 0
Тут, видимо, всё дело в контрасте. На фоне злобного идиота даже самый обыкновенный человек выглядит ангелом, до умиления симпатичным.
— Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий. Отягощённые злом, или Сорок лет спустя
♥ 0Просмотры: 0
— Я еще вот чего никак в толк не возьму, — сказала вдруг левая голова Двуглавого Юла. — Почему это Богомол Панда описал вас как какое-то колесо с хвостами?
— Это как раз совершенно ясно. Запас слов у него был очень невелик, воображение куцее, человека он никогда не видел… даже вас, не так ли, почтенный Юл?
— Да, — согласился Двуглавый Юл. — Его прикончили лет за триста до меня.
— Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий. Экспедиция в преисподнюю
♥ 0Просмотры: 0
Всегда помни: мир прекрасен. Мир был прекрасен и будет прекрасен. Только не надо мешать ему.
— Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий. Отягощённые злом, или Сорок лет спустя
♥ 0Просмотры: 0
На столе красовались в хрустальной вазах райские плоды: крупные румяные яблоки Познания Зла и совершенно несъедобные на вид, но тем не менее всегда почему-то червивые яблоки Познания Добра.
— Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий. Сказка о тройке - 2
♥ 0Просмотры: 0
Они торчали на перекрестках, толпились под фонарями, угловатые, прокуренные, оставляя на тротуарах россыпи плевков, окурков и бумажек от конфет. Нервные и нарочито меланхоличные. Жаждущие, поминутно озирающиеся, сутуловатые. Они ужасно не хотели походить на остальной мир и в то же время старательно подражали друг другу и двум-трем киногероям.
— Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий. Хищные вещи века
♥ 0Просмотры: 1
Писатель — это прибор, показывающий состояние общества, и лишь в ничтожной степени — орудие для изменения общества. История показывает, что общество изменяют не литературой, а реформами и пулеметами, а сейчас еще и наукой. Литература в лучшем случае показывает, в кого надо стрелять или что нуждается в изменении…
— Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий. Гадкие лебеди
♥ 0Просмотры: 0
Вся эта погань испытывает наслаждение , не только издеваясь над теми, кто попал ей в лапы, она же наслаждается и собственными своими унижениями в лапах того, кого считает выше себя.
— Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий. Отягощённые злом, или Сорок лет спустя
♥ 0Просмотры: 0
Странности… Нет никаких странностей. Есть просто неровности. Внешние проявления непостижимой тектонической деятельности в глубинах человеческой натуры, где разум насмерть бьется с предрассудками, где будущее насмерть бьется с прошлым. А нам обязательно хочется, чтобы все вокруг были гладкие, такие, какими мы их выдумываем в меру нашей жиденькой фантазии… Чтобы можно было описать их в элементарных функциях детских представлений: добрый дядя, жадный дядя, скучный дядя. Страшный дядя. Дурак.
— Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий. Попытка к бегству
♥ 0Просмотры: 0
Брюхо растет, и откуда бы у меня быть брюху?... даже и не брюху собственно — благородное трудовое чрево от размеренной жизни и хорошей пищи, а так, брюшко какое-то паршивенькое, оппозиционерский животик. У господина президента небось не такой. У господина президента небось благородный, обтянутый черным лоснящийся дирижабль.
— Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий. Хромая судьба
♥ 0Просмотры: 0
Каждому ясно: когда экономика в паршивом состоянии, лучше всего затеять войну, чтобы сразу всем заткнуть глотки.
— Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий. Обитаемый остров
♥ 0Просмотры: 0

Похожие цитаты

Ещё по этой теме

Дальше →
— Очеловечивать их будете? — вкрадчиво осведомилась Сельма.
Андрей через силу ухмыльнулся.
— Это уж как придется, — сказал он. — Может быть, действительно придется очеловечивать. Эксперимент есть Эксперимент .
— Борис Стругацкий, Аркадий Стругацкий. Град обреченный
— <...> Просто мы с вами по-разному устроены. Я все-таки механик-самоучка, поэтому ощущения мои, как правило, возникают вместо выводов. А вы — полицейский инспектор. У вас ощущения возникают в результате выводов, когда выводы вас не удовлетворяют. Когда они вас обескураживают. <...>
— Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий. Отель «У погибшего альпиниста»
... колодцы гуманизма в наших душах, казавшиеся на Земле бездонными, иссякают с пугающей быстротой. Святой Мика, мы же были настоящими гуманистами там, на Земле, гуманизм был скелетом нашей натуры, в преклонении перед Человеком, в нашей любви к Человеку мы докатывались до антропоцентризма, а здесь вдруг с ужасом ловим себя на мысли , что любили не Человека , а только коммунара, землянина, равного нам... Мы всё чаще ловим себя на мысли: «Да полно, люди ли это? Неужели они способны стать людьми, хотя бы со временем?»
— Аркадий Стругацкий, Борис Стругацкий, Аркадий и Борис Стругацкие. Трудно быть богом
... выигрывает вовсе не тот, кто умеет играть по всем правилам; выигрывает тот, кто умеет отказаться в нужный момент от всех правил, навязать игре свои правила , неизвестные противнику, а когда понадобится — отказаться и от них. Кто сказал, что свои фигуры менее опасны, чем фигуры противника? Вздор, свои фигуры гораздо более опасны, чем фигуры противника. Кто сказал, что короля надо беречь и уводить из-под шаха? Вздор, нет таких королей, которых нельзя было бы заменить каким-нибудь конем или даже пешкой. Кто сказал, что пешка, прорвавшаяся на последнюю горизонталь, обязательно становится фигурой? Ерунда, иногда бывает гораздо полезнее оставить ее пешкой — пусть постоит на краю пропасти в назидание другим пешкам...
— Борис Стругацкий, Аркадий Стругацкий. Град обреченный